Главная » Статьи » Народы Сибири » Народы финской языковой группы

Саамы
Автоэтноним (самоназвание).
саами.

Основная территория расселения.
Кольский полуостров: Мурманская область. Кольские саамы - этнонациональная общность, родственная саамам севера Скандинавского полуострова (Норвегия, Швеция, Финляндия).

Численность.
1782 г.: Россия - 1359 чел. 1850 г.: Россия - 1695 чел. 1880 г.: Россия, Кольский уезд Архангельской губернии - 1749 чел. 1897 г.: Россия - 1812 чел., в т.ч. Кольский уезд Архангельской губернии - 1724 чел. 1909 г.: Россия, Архангельская губерния - 1742 чел. 1926 г.: РСФСР - 1717 чел., в т.ч. Мурманский округ Ленинградской обл. - 1708 чел. (в т.ч. Кольско-Лопарский р-н - 723 чел., Ловозерский р-н - 509 чел., Понойский р-н - 275 чел, Александровский р-н - 178 чел.). 1933 г.: РСФСР, Мурманский округ Ленинградской обл. - 1806 чел. (в т.ч. Кольско-Лопарский р-н - 800 чел., Ловозерский р-н - 599 чел., Понойский р-н - 300 чел, Полярный р-н - 185 чел.). 1937 г.: СССР - 1841 чел., в т.ч. РСФСР - 1828 чел. 1959 г.: СССР - 1792 чел. 1970 г.: СССР - 1884 чел., в т.ч. Мурманская обл. - 1715 чел. (в т.ч. Ловозерский р-н - 1022 чел., Кольский р-н - 264 чел.). 1979 г.: СССР - 1888 чел., в т.ч. Мурманская обл. - 1565 чел. 1989 г.: СССР - 1890 чел., в т.ч. РСФСР - 1835 чел., Мурманская обл. - 1615 чел. 1990-е гг.: Норвегия - около 30000 чел., Швеция - около 15000 чел., Финляндия - около 5000 чел.

Этнические и этнографические группы.
В составе кольских саамов не выделяются этнические и этнографические группы, но имеются территориальные подразделения, названия которых связаны с наименованием погостов (селений и окружающих угодий, где проживали саамы). Число погостов постоянно увеличивалось: в начале XVII в. их было 15, в конце XVIII в. - 17.

Язык Алеутский:
Саамский язык относится к особому подразделению финно-угорских языков уральской языковой семьи. Близок к языкам прибалтийско-финской подгруппы, но имеет заметный самодийский субстрат. Имеет 2 группы диалектов: западные (Норвегия, Швеция, часть Финляндии), восточные (Россия, часть Финляндии). В России распространены 4 диалекта: иоканьгский, кильдинский, нотозерский и бабенский (Аккала). Взаимопонимание между носителями разных диалектов затруднено. По мнению финляндских языковедов, не существует единого языка саамов, а имеются 10 самостоятельных саамских языков.

Писменность.
В 1895 г. для кольских саамов впервые предпринимается попытка издания «Азбуки для лопарей». С начала 1930-х гг. в Советском Союзе создана письменность на базе кильдинского диалекта, сначала на латинской основе, позднее переведена на кириллицу. Обучение на саамском языке было прекращено в 1937 г. В 1980-х гг. в СССР для саамов воссоздана кириллическая письменность, возобновилось преподавание родного языка в начальной школе. Изданы учебники для 1-3 классов, и школьные саамско-русский и русско-саамский словари. 

Этногенез и этническая история.
Предки кольских саамов, как предполагают исследователи, пришли на территорию Кольского полуострова в I тыс. до н.э. В конце I - начале II тыс. н.э. область обитания саамов включала также Карелию, Приладожье, Прионежье, Белозерье, бассейн реки Северная Двина. В течение II тыс. н.э. обитавшие здесь группы саамского населения были ассимилированы предками вепсов, карел, русских или частично оттеснены на север. Первые сведения о саамах Кольского полуострова. - «терфиннах» появляются в конце IX в. Первые контакты саамов Кольского полуострова и восточных славян относятся к XI в. В XIII в. восточная часть полуострова вошла в состав Новгородского государства. В середине XV в. возникли первые постоянные русские поселения на Терском берегу. После присоединения в 1478 г. Новгорода к Москве юг Кольского полуострова заселили русские, саамы занимали северные и западные территории. Центром региона стал основанный в середине XVI в. город Кола. Здесь в середине XVI в. возникают монастыри (Кандалакшский, Печенгский), которые способствовали обращению саамов в православие. Однако в течение следующего времени саамы продолжали придерживаться традиционных верований. С XVIII в. по начало ХХ в. территория проживания кольских саамов входила в состав Архангельской губернии. Саамы относились к крестьянскому сословию. К концу XIX в. их экономическое положение ухудшилось из-за потери традиционных угодий в результате колонизации края коми-ижемцами (промышленниками и оленеводами). С 1921 по 1927 г. территория Кольского полуострова выделилась в самостоятельную Мурманскую губернию, а затем вошла в состав Мурманского округа Ленинградской области. Здесь было образовано 9 национальных сельсоветов. В 1929 г. начинается переход саамов на оседлость, создание колхозов. В начале 1970-х гг. колхозы были преобразованы в совхозы.

Хозяйство.
Основными занятиями саамов в зависимости от территории обитания той или иной группы и природных условий являлись оленеводство, рыболовство, морская и сухопутная охота. В XIX – начале XX вв. саамы вели полукочевой образ жизни, совершая небольшие по протяжённости сезонные перекочёвки. У западных кольских саамов (нотозерских, бабинских, екоостровских) ведущую роль играло озёрно-речное рыболовство, у северо-западных (пазрецких, печенгских, мотовских) - морское рыболовство. В конце XVIII - начале XX вв. около 70 % взрослого саамского населения занималось промыслом трески. У восточных саамов значительную роль играло оленеводство, дополняемое промыслом сёмги. В XIX в. каменские саамы охотились на дикого оленя. Все саамы охотились на крупных (лось, волк) и мелких животных, птиц. С начала 1990-х гг. многие промысловые участки сдаются саамами в аренду приезжим. Особенностью саамского оленеводства являлся вольный выпас животных летом. Размер стада составлял несколько десятков голов. Круглый год олени находились на подножном корме. В конце XIX – начале XX вв. саамы заимствовали отдельные черты от коми-ижемцев и ненцев: тип нарт с копыльями и упряжь. Для передвижения и перевозки груза на оленях саамы используют особый тип вьючного седла (ташке), до 1930-х гг. бытовала нарта-сани (керёжа) в форме лодки.

Традиционная одежда.
В ХVII-ХVIII вв. основным материалом для изготовления одежды служили шкуры морских животных и оленей, а для отделки - цветная замша (ровдуга) и крашеное сукно, шкурки пушных зверей. В ХIХ - начале ХХ вв. саамы использовали также покупные ткани (ситец, холст, сукно), а также овечью шерсть (для вязания или плетения носков, варежек, поясов). В ХIХ в. у саамов сохранялась глухая наплечная одежда, одинаковая для мужчин и женщин. Летняя одежда (юпа) делалась из сукна или плотной ткани. Её шили из цельного отреза ткани, сложенного пополам. К нему пришивались цельнокроеные рукава, сужающиеся к запястью. Подол мог быть несколько расклешённым. Пришивной воротник обшивался по краю цветной тесьмой, ворот застёгивался на пуговицы. Верхний проём, рукава и подол одежды украшались орнаментом в виде аппликаций в форме геометрических фигур из кусочков цветного сукна, тесьмы и бисера. Зимняя одежда печок длиной ниже колен изготавливалась из двух сшитых оленьих шкур шерстью наружу. К подолу он расширялся. Рукава имели трапециевидные клинья, а плечевая часть сшивалась из горизонтальных полос меха. Обшлага рукавов и воротник отделывались цветным сукном. Завязки у воротника украшались кистями. На женский печок нашивались перламутровые пуговицы и полоски цветного сукна. Печок иногда надевали на юпу. Одежду подпоясывали поясом, образуя напуск. У мужчин он был кожаным, с нашитыми медными бляхами. На поясе закреплялись нож в кожаных ножнах, принадлежности для разведения огня, кошелёк для денег, медные колечки и амулеты, а у женщин - швейные принадлежности. Женские пояса плелись из крашеной шерсти. Имеются упоминания о более древней саамской одежде торк (торка), одевавшейся под печок. Шилась торка из оленьих шкур мехом внутрь. Разнообразны головные уборы саамов. Мужчины носили суконные шапки (каппер) на подкладке из оленьего меха. Нижняя часть головного убора (околыш) отличалась по окраске и форме от верхней (тульи). Традиционно использовались красный, синий и чёрный цвета. Если околыш был цилиндрическим, то тулья представляла усечённую четырёхгранную пирамиду основанием вверх. К околышу пришивались наушники с тесёмками, которые завязывались под подбородком. Иногда нижняя часть с наушниками делалась из лисьего меха. Орнаментировался каппер цветным сукном, бисером, жемчугом. Другим мужским головным убором являлся островерхий, вязанный из овечьей шерсти колпак, иногда с завершением в виде помпона. Зимние шапки женщин были аналогичны мужским, лишь тулья имела форму круга. В летний период надевалась шлемовидная шапочка с высоким гребнем или шамшура (самшура) близкая русскому кокошнику. Она имела цилиндрический каркас и полукруглый выступ вверху. Девичьим головным убором служила перевязка. Сверху женщины и девушки нередко повязывали сложенный треугольником платок, концы которого подвязывали на подбородке или, скрестив на груди, на пояснице. Обувь изготавливали из камусов (шкур с ног оленя) или обработанной оленьей кожи. Она была одинаковой для мужчин и женщин. Отличительной чертой саамской обуви являлись загнутые вверх носки. Зимние высокие сапоги - яры, украшавшиеся цветным сукном, надевали для передвижения по тундре, а похожие на яры, но низкие каньги - в поселениях. Стельки заменяли пучки сухой травы. На ноги под обувь надевали вязаные чулки без ступни. Рукавицы шились из оленьих шкур мехом наружу или вязались из крашеной шерстяной пряжи. В конце ХIХ в. традиционный саамский костюм стал заменяться одеждой, заимствованной у соседних народов: русских, коми и ненцев. У русского населения были восприняты кафтан (кяхтан), сарафан (кохт), передник, головные платки. Через посредство коми-ижемцев саамы заимствовали ненецкий комплекс одежды: глухую, с капюшоном малицу (малиц) из оленьих шкур шерстью внутрь и сапоги выше колен - пимы из камусов мехом наружу.

Традиционные поселения и жилища.
Поселениями саамов до начала ХХ в. являлись погосты. С декабря по март-апрель саамы жили в зимних погостах, где находились богатые ягелем угодья, а в другой период года расходились по промысловым участкам группами родственных семей (западные группы) или перекочёвывали к летним погостам всей общиной (восточные группы). Зимние погосты располагались во внутренних районах Кольского полуострова, на границе тундры и леса, на берегу водоёма. Через 20-30 лет, после истощения пастбищ и охотничьих угодий, место погоста переносилось. Традиционное зимнее саамское жилище вежа представляло собой бревенчатую постройку в форме четырех- или шестигранной усечённой пирамиды высотой 2,5 м и площадью 3х3 м с дымовым отверстием вверху. Остов вежи покрывался оленьими шкурами или плотной тканью, а сверху клали кору, хворост, дёрн. В центре жилища устраивался каменный очаг. Вход был обращен к югу. Пол покрывался оленьими шкурами. С XIX в. вежу начинает вытеснять тупа (пырт) - срубная постройка площадью 12-13 м2, высотой 2 м, с одним-двумя небольшими окнами и плоской, покрытой землёй и дёрном, крышей. В углу у входной двери устраивался очаг - камелёк из обмазанных глиной камней. Появляется простейшая мебель. Во время перекочёвок использовалась переносное жилище - кувакса. Оно имело конусообразный каркас из нескольких шестов, соединённых вершинами, на который натягивали чехол из оленьих шкур, из бересты или из парусины. В центре куваксы раскладывался костёр. В жилище обычно обитали 1-2 семьи. Напротив входа находилось наиболее почётное, так называемое чистое место. К началу ХХ в. многие саамы вместо традиционных жилищ стали использовать русскую избу и ненецкий чум.

Пища.
Зимой основной пищей саамов было оленье мясо. Для предохранения от цинги употребляли мороженое мясо и свежую оленью кровь. Чаще мясо жарили, вялили, варили, добавляя в похлёбку муку, ягоды. Первое жидкое блюдо варили из куропаток. Долгое время ритуальной пищей считалось медвежье мясо. Летом основу пищевого рациона составляла рыба, прежде всего озёрная (щука, сиг, налим, окунь и др.). Её варили, жарили, вялили. От русских саамы научились запекать рыбу в тесте. Меньшее значение имела растительная пища. Заготавливали внутренний слой сосновой коры, который после сушки и толчения добавляли в похлебку. Из муки (покупной) пекли лепёшки. Из напитков наибольшее распространение получил чай. Доение важенок (самок оленя) у кольских саамов не практиковалось.

Социальная организация.
Главной хозяйственной и социально-экономической единицей саамов была территориальная община сийт/сыйт. Она состояла из отдельных семей. Её объединяли общность территории, где находились промысловые угодья, единая хозяйственная деятельность, взаимопомощь и религиозные культы. Сыйт насчитывал от 70 до 300 человек. Хозяйственные и некоторые административные вопросы решались на собраниях глав семей. Родовая организация у саамов не зафиксирована. Община контролировала семейно-брачные отношения. В ХIХ в. преобладала малая семья. До конца ХIХ в. предпочитались однонациональные браки. До 60 % браков заключалось в своих погостах, остальные - преимущественно с жителями соседних погостов. Были распространены браки с сыном или дочерью кузена, а также такие союзы, при которых братья или сестры из одной семьи становились мужьями или женами для сестёр или братьев из другой семьи. На рубеже ХIХ-ХХ вв. обычный брачный возраст девушек был 17-20 лет, а юношей - 21-25 лет. Мнение девушки не учитывалось. Существовало половозрастное разделение труда. Мужчины занимались промысловой деятельностью, перевозками, женщины вели домашнее хозяйство, воспитывали детей, а иногда вместе с подростками помогали ловить рыбу и охотиться на куропаток.

Орнамент.
  
Сказки.
МЕДВЕДЬ И РЕБЯТА.
Катались ребятишки с горки. Проходил мимо медведь и забрал ребятишек в мешок. Взвалил мешок на себя и понес в лес, в свою вежу. Идет и видит след неведомого зверя.
Медведь положил мешок на снег, сказал ребятам:
— Не уходите, я скоро приду! И ушел по следу.
У одного мальчика был ножик. Мальчик разрезал мешок, и из него вылезли все ребятишки, кроме одной девочки. Де­вочка решила остаться в мешке, чтобы отвечать медведю, когда он будет спрашивать, тут ли дети. Чтобы мешок не показался медведю пустым и легким, ребятишки наложили в него больших камней и набили снегом, а сверху в мешок посадили девочку. Завязали ребята мешок и убежали домой по медвежьей тропе.
В темноте вернулся медведь за мешком.
Спросил, все ли ребята здесь, а девочка ответила:
— Все в мешке. Взвалил медведь опять мешок на спину и принес к себе.
Принес домой, закричал своей старухе:
— Заправляй котел! Будем мясо варить!
А сам забрался на вежу и стал сверху, через дымовое отверстие, вытряхивать все из мешка в котел. Первой упала из мешка девочка, попала в котел с водой и вскочила на ноги, а следом свалились камни и про­били дыру. Через дыру вся вода из котла вытекла и залила огонь в камельке.
Закричала старуха на старика-медведя:
— Обманул, старичина! Завтра же уведи эту девочку назад, откуда взял!
Наутро отвел медведь девочку к ее родителям. Привел к отцу-матери и стал у них просить прощения. Родители обрадовались возвращению дочери, но медведя не простили, а накинули ему на шею веревочную петлю и потащили его вешать на березу.
Заплакал медведь и испугался так, что сразу умер от медвежьей болезни, а слезы его стали горохом.

СКАЗКА ПРО ЛИСА.
Жили-были старик со старухой. У них была одна дочь. Лис-куманек взял ее в жены. Старик со старухой жили отдельно, а их зять лис-куманек жил в тундре. Они стали ходить в лес охотиться. Они добывали на охоте мясо. Старик отнес мясо на сохранение зятю.
Старушка стала просить старичка:
— Сходи посмотреть, как живут зять-лис с нашей дочерью и цело ли у них наше мясо?
Старик пошел. Он долго шел, так как дом лиса-зятя был далеко в тундре.
Старик еще не дошел до их дома, как вдруг ему навстречу вышел зять-лис и спрашивает:
— Зачем пришел?
А старик у него спрашивает:
— Как вы живете? Как у вас наше мясо сохраняется?
Зять-лис сказал:
— Мясо в сохранности.  Ни ворон его не ест, ни мыши. А твоя дочь родила мне сына, по имени Начало.
Старик пришел домой и говорит жене:
— Мясо в порядке. А наша дочь родила сына, по имени Начало.
Прошло несколько дней. Старуха опять стала просить старика проведать дочь и посмотреть, как у зятя-лиса сохраняется их мясо. Старик пошел, и навстречу ему вышел зять-лис.
Он спросил старика:
— Ты зачем пришел?
Старик спросил:
— Как наше мясо сохраняется?
Зять ответил:
— Ваше мясо хорошо сохраняется. У вашей дочери родился сын, по имени Середина.
Старичок пришел домой и сказал старушке:
— У нашей дочери опять родился сын, по имени Сере­дина.
Через некоторое время старушка опять послала старика проверить, как сохраняется мясо и как живет их дочь. Старичок пошел в тундру, а зять-лис вышел к нему навстречу.
Старичок спросил:
— Как у вас мясо сохраняется?
Зять ответил:
— Мясо хорошо сохраняется. Его ни ворон не ест, ни мыши. У вашей дочери родился сын, по имени Конец. Завтра приходите к нам в гости.
Старичок пришел домой к старушке и говорит:
— Мясо в целости. У нашей дочери родился сын, по имени Конец.
Старушка заплакала.
— Ой, они всё наше мясо съели.
А зять-лис в это время, когда все мясо уже было съедено, убил свою жену. У него были товарищи: дедушка-медведь и дяденька-волк. Лис-куманек положил убитую жену в керешку — нарту, а дедушка-медведь да дяденька-волк стали на себе тащить керешку.
Тащили, тащили и спрашивают:
— Лис-куманек, Лис-куманек, какая будет нам плата?
А лис отвечает:
— Тащить да есть.
Старик со старушкой пошли к зятю-лису в гости.
Пришли они и видят — их дочь стоит на улице.
Старушка говорит:
— Вот как она нас дожидается.
Подошли поближе и видят, что это не их дочь, а пень стоит, одетый в ее одежду.
Тут они заплакали. Нет ни дочери, ни мяса. Звери увезли нарту с убитой женой лиса и съели ее. К ним еще присоединились песец, заяц, белка и выдра.
Дедушка-медведь говорит лису:
— Дай нам есть!
Лис сказал:
— Подожди, я посчитаю. Я сам — хороший человек. Дедушка-медведь — хороший человек. Дедушка-волк — хороший человек. Песец — хороший человек. Выдра — хороший человек. Заяц — хороший человек. Белка — плохой человек.
Они белку съели. Опять стали голодные. Опять лис стал считать, и они съели зайца. Затем по очереди съели выдру и песца, а волк испугался и убежал в лес. Теперь лис-куманек да дедушка-медведь стали вместе ходить. Они увидели дятла с красивой спинкой.
Лис-куманек говорит:
— Я разрисовал спину у этой птички.
Медведь говорит:
— Разрисуй и мне спину.
Лис говорит:
— Разрисовал бы, да много здесь будет работы.
Медведь-дедушка говорит:
— Я все сам сделаю. Только ты мне разрисуй спину.
Медведь-дедушка все сам сделал: дров достал, берестовые веревки сплел, растопки приготовил, а сам сел на костер, как велел ему лис-куманек. А лис-куманек привязал его к бревнам костра берестяными веревками и зажег костер. Медведь загорелся и кричит:
— Лис-куманек, я горю!
Лис  говорит:
— Неужели ты не можешь потерпеть, как дятел терпел. Спина красивая станет.
Дедушка-медведь выл-выл и сгорел. Лис-куманек убежал. Через три дня он пришел посмотреть, как сгорел медведь. Он тихонько подкрался. Медведь весь сгорел. Только кости остались. Лис-куманек сложил кости в мешок, положил мешок себе на спину и стал ходить один по лесу. Навстречу ему вышел человек.
Он спросил лиса-куманька:
— Что ты несешь?
Лис-куманек ответил:
— Я несу память медведя.
Человек говорит:
— Отдай мне память медведя.
Лис говорит:
— Не отдам. Она мне дорога.
Человек говорит:
— Сменяемся на жирную важенку.
Лис-куманек согласился. Он взял важенку и унес ее в лес. Он стал есть важенку один, без товарищей. От жадности лис так много съел, что ему стало плохо, и он издох.

Категория: Народы финской языковой группы | Добавил: tomson (18.02.2010)
Просмотров: 1788 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]